Секта эгоистов 3 страница

— Нет, я!

— Нет, я!…

Все двадцать поднялись со своих мест и принялись орать и размахивать руками. Удивленный зритель, г-н де Лангенхаэрт, словно вдруг ощутив сильнейший приступ мигрени, сжал голову обеими руками.

Однако вопли в зале не утихали; булочник принялся колотить своего соседа, профессор греческого оглушил своего увесистым словарем, вельможа, подпрыгивая и перебегая с места на место, раздавал налево и направо пинки своим изящным башмаком, метя в самые уязвимые места. В воздухе мелькали перья, трости и самые разнообразные метательные снаряды, звучали проклятия и звонкие оплеухи; в несколько минут занавес был сорван, скамьи опрокинуты, и накал потасовки достиг своего апогея.

Мы Секта эгоистов 3 страница с Сюзон побежали к колодцу во дворе и, вернувшись, окатили разгорячившихся мыслителей несколькими ведрами ледяной воды. Я велел им тотчас же рассесться по своим местам. Г-н де Лангенхаэрт вышел из своего оцепенения, с ужасом оглядел своих промокших до нитки собратьев и сухо объявил, что разъяснит им причину случившегося беспорядка на следующем занятии. Каждый возомнил, что это именно его правота и превосходство будут наконец публично установлены на будущей неделе, и они разошлись почти довольные собранием и друг другом.

Г— н де Лангенхаэрт оставил мне деньги в счет возмещения убытков. Было заметно, что сие происшествие причинило ему глубочайшее страдание.

На второе Секта эгоистов 3 страница занятие все пришли опять загодя, и каждый прибыл с лукавым и таинственным видом, какой бывает у человека, готовящего сюрприз своим сотоварищам; они иронически поклонились друг другу, сквозь зубы пробормотав приветствие, и с деланной терпеливостью стали дожидаться оратора.

Г— н де Лангенхаэрт напомнил собравшимся о досадных обстоятельствах прошлого занятия и приготовился дать им подобающее разъяснение.

Но не успел он и рта раскрыть, как, уж не знаю, в силу каких роковых причин, моя великолепная люстра на шестьдесят свечей, которую повесили лишь накануне, с грохотом упала на пол. Она упала между.сценой и первыми рядами, и мои шестьдесят свечей, к счастью Секта эгоистов 3 страница незажженные, покатились во все стороны, под скамьи и под ноги присутствующим.

Эхо от падения люстры несколько мгновений еще звучало в содрогнувшихся стенах театра.

Вслед за этой катастрофой наступила мертвая тишина.

Затем ледяной голос вспорол всеобщее молчание:

— Кто это сделал? Тишина зловеще сгустилась. Другой голос произнес:

— Кто-то хочет, чтобы истина не могла воссиять! Еще кто-то сказал:

— Это заговор!

— Надувательство!

— Чьи-то происки!

И тут они повскакали на ноги и принялись вопить, одни обличали, другие бранились, третьи угрожали, ибо каждый из этих полоумных был убежден, что остальные хотят помешать окончательному провозглашению его всемогущества. Пять минут спустя дело дошло Секта эгоистов 3 страница до рукоприкладства, а еще через пять минут они все были облиты водой, ибо мы с Сюзон уже начали приобретать известную сноровку в обращении с ведрами. Мы силою рассадили их по местам, и г-н де Лангенхаэрт, покачав головою, словно оправляясь от дурного сна, был вынужден употребить все свое самообладание, чтобы назначить им встречу на следующей неделе, обещая пролить свет на это дело. Они ушли в ярости. Наш философ меланхолически извлек из кармана два кошелька в уплату за люстру, и мы с Сюзон пришли к выводу, что этот человек бесспорно заслуживал много лучшего, нежели то, что с ним происходило.



Третье занятие началось Секта эгоистов 3 страница в совершенно ледяной обстановке. Они входили по одному, молча и словно нехотя, злобно поглядывая друг на друга и не здороваясь. У меня возникло подозрение, что некоторые прятали под плащом оружие; Сюзон вполголоса призналась мне, что, пожалуй, предпочла бы содержать притон для контрабандистов, нежели устраивать у себя собрания философов.

Г— н де Лангенхаэрт, казалось, хранил полное спокойствие.

— Дорогие друзья, разногласия, возникшие между нами в ходе предыдущих занятий, были, в сущности, весьма понятны и предсказуемы. Все мы стали жертвами недоразумения, а именно той путаницы, которую наша речь вносит в наши идеи. Ибо это именно язык вводит нас в заблуждение. Следует Секта эгоистов 3 страница признать, господа, что язык наш отнюдь не философичен.

В самом деле, говоря: «Каждый из нас есть мир и источник всего сущего», я вношу раскол между нами и противоречу сам себе. Но если я говорю: «Я один есмь весь мир и источник всего сущего», я не только остаюсь в согласии с самим собою, но и любой, кто повторит мою фразу, сможет признать ее справедливою относительно самого себя. Ибо каждый из нас в глубине души полагает именно так: «Я один есмь весь мир и источник всего сущего», не так ли? Собравшиеся согласились.

— Таким образом, все дело в языке. Грамматика и обычай принуждают меня Секта эгоистов 3 страница различать шесть лиц: я, ты, он, мы, вы, они, тогда как в действительности их только два — я и мои идеи. Отвергнем бесполезное, зачеркнем лишнее и сведем спряжение к его истинным границам.

Пусть теперь каждый повторяет за мной: «С нынешнего дня я философически реформирую свою речь, изгоняя из нее вредные местоимения „ты”, „он”, „мы“, „вы”, ибо я один есмь весь мир и причина всего, и при помощи этой грамматической чистки я избавляюсь от невыносимой головной боли, что до сих пор непрерывно терзала меня».

И все повторили хором, как во время богослужения:

— С нынешнего дня я философически реформирую свою Секта эгоистов 3 страница речь, изгоняя из нее вредные местоимения «ты», «он», «мы», «вы», ибо я один есмь весь мир и причина всего, и при помощи этой грамматической чистки я избавляюсь от невыносимой головной боли, что до сих пор непрерывно терзала меня.

Г— н де Лангенхаэрт продолжал:

— Отныне, если кто-либо из моих созданий говорит «я», я должен в свою очередь слышать и думать тоже «я», и тогда мои слова не могут быть оспорены.

И они раздельно, чуть не по складам, повторили:

— Отныне, если кто-либо из моих созданий говорит «я», я должен в свою очередь слышать и думать тоже «я», и тогда мои Секта эгоистов 3 страница слова не могут быть оспорены.

— Все исходит из меня и ко мне же возвращается.

— Все исходит из меня и ко мне же возвращается.

Последовала буря аплодисментов. Все принялись приветствовать друг друга, пожимать руки, откупоривать бутылки и поднимать бокалы. Слушатели г-на де Лангенхаэрта, даже если чего-то и не уловили в его речах, по крайней мере поняли, что каждый из них был прав, с чем друг друга и поздравляли. Мне пришлось выбить пробки из нескольких бочонков вина, ибо занятие закончилось очень поздно. Г-н де Лангенхаэрт, будучи мертвецки пьян, тем не менее расплатился по-королевски, и моя Секта эгоистов 3 страница Сюзон, расчувствовавшись, взяла назад свою давешнюю тираду касательно философии и философов. Будущность наших маленьких Афин виделась нам в самом радужном свете.

На четвертом занятии г-н де Лангенхаэрт был просто бесподобен. Он связал философию эгоизма с новейшими английскими теориями, говорящими о восприятии, и так я впервые услыхал имена Ньютона, Локка и Беркли; речь его отличалась такою глубиной и насыщенностью, что я, по правде говоря, понимал не все. К несчастью, во время его блистательного дискурса слушатели зевали и оживились не раньше, чем было откупорено несколько бутылок. Говорят, что истина в вине — in vinoveritas, — однако у меня зародились некоторые сомнения в том, что истина Секта эгоистов 3 страница хоть сколько-нибудь занимала наших философов.

На следующее занятие их собралось уже меньше, и затем число их с каждым разом все убывало. Складывалось парадоксальное впечатление, что по мере того как философия г-на де Лангенхаэрта становилась все более глубокой и значительной, ученикам все менее хотелось его слушать.

И в конце концов настал день, когда не пришел никто…

Мы с Сюзон были весьма печальны, когда появился г-н де Лангенхаэрт. Удивительное дело: он вовсе не выглядел удивленным и даже был как будто не особенно раздосадован. Не удержавшись, я позволил себе высказать ему это. Он отвечал, смеясь, что Секта эгоистов 3 страница сказал уже все, что хотел сказать, что вот уже две недели, как разум его спотыкается, пытаясь измыслить что-нибудь новое; эти пустые скамьи, по его словам, возвещают, что пришло время остановиться и что Школа Эгоистов нынче же закрывается. Он расплатился за все, добавив к положенному еще кошелек с золотом, и преспокойно удалился. Не смею утаить, что в этот вечер мы с Сюзон, вопреки своим правилам, выпили, пожалуй, более чем следовало, дабы истребить охватившую нас меланхолию.

В следующем году, узнав, что г-н де Лангенхаэрт переехал жить в провинцию, я счел это известие весьма прискорбным для человека, обладавшего столь несомненными достоинствами. Больше Секта эгоистов 3 страница в Париже о нем не слыхивали.


* * *

По прочтении этой книги я принял решение отправиться в Амстердам. Коль скоро Гаспар был тамошним уроженцем, то должны были остаться какие-то следы. Почем знать, не туда ли он как раз и возвратился после своей парижской неудачи?

Мне тотчас показалось, что это именно так и было и иначе быть просто не могло, и в этой убежденности, как и во всяком иррациональном порыве, я черпал огромную надежду.

Париж мне сделался невыносим: все здесь свидетельствовало о моих злоключениях. Государственная библиотека превратилась в огромный пустой корпус, где каждый стеллаж молчаливо презирал меня и мои Секта эгоистов 3 страница усилия; квартира же стала мусорным ящиком моей жизни. Я, кажется, не мылся несколько недель, довольствуясь тем, что время от времени машинально натягивал чистое белье, которое находил в шкафу; под теплым пальто я уже носил летние брюки и рубашку с коротким рукавом. Перед отъездом я все же сделал над собой усилие и, запихав в большой мешок первые попавшиеся предметы одежды, устилавшие пол, отнес все это в прачечную. Уехал я, более или менее прилично одевшись, а также кое-как помывшись и побрившись.

Нет ничего более абстрактного, чем воздушные перелеты: я не заметил ни посадки в самолет, ни взлета, ни приземления; стюардессы были милы и Секта эгоистов 3 страница взаимозаменяемы, и их заботы обо мне и моем желудке были тоже милы и взаимозаменяемы; когда они сообщили, что полет окончен, мне показалось, что аэропорт назначения точно такой же, как аэропорт отправления, и пассажиры, сновавшие по нему, были, похоже, те же самые. Меня успокоил только выговор таксиста: я действительно был в Амстердаме.

Большая Амстердамская библиотека предоставляла тот же безликий комфорт, что и международный авиарейс… Все здесь было чистым, современным, надраенным, просторным и ни к чему не обязывающим. Вскоре я оказался перед ящиком с литерой «Л», поблескивающей под неоновыми лампами.

Лангенард, Лангенарт, Лангенерр, Лангенерт, Лангенха… — и там, где должна была находиться Секта эгоистов 3 страница карточка «Лангенхаэрт», лежал маленький белый конверт, на котором было написано мое имя.

Мое имя?

Должно быть, мне почудилось.

Я закрыл глаза и раскрыл их снова: белый конверт был по-прежнему на месте. Я схватил его — и он оказался совершенно настоящим. Я вскрыл его — и он никак этому не воспротивился.

Внутри оказалась карточка из плотной бумаги, адресованная мне и содержавшая следующие слова, написанные очень четким почерком:

Милостивый государь,

здесь искать бесполезно, Вы ничего не найдете. Обратитесь-ка лучше в Муниципальный архив Гавра и спросите там «Рукопись Шампольона», год 1886-й, за номером 745329.

Благодарить меня не стоит.


Подписи не Секта эгоистов 3 страница было.

Карточка сгибалась в моих пальцах, потолок неизменно находился у меня над головой, а пол — под ногами. Все вокруг было до ужаса нормальным! Черт с рогами, клубы дыма, ангельское пение скорее могли бы меня успокоить, нежели этот зал, где все было совершенно буднично, где ничему сверхъестественному не могло быть места, где все лучилось объективной современностью.

И тем не менее…

Тем не менее этот клочок плотной бумаги…

Кто же?… Кто?!

Амстердам — Гавр. Прямого рейса не оказалось. Пришлось ждать. Делать пересадку. Садиться на поезд в Париже. Никогда еще железнодорожное сообщение не казалось мне таким медлительным, как в то раннее угрю. Пассажирский Секта эгоистов 3 страница поезд останавливался у каждого фонаря.

Наконец я добрался до Муниципального архива Гавра. Единственный служащий этого учреждения, маленький лысый человек в больших круглых очках, отнесся к моему запросу с некоторой подозрительностью. По-видимому, в моей целеустремленности было нечто внушавшее подозрение, тем более что я был чужаком. Он удалился мелкими, размеренными шажками, отсутствовал десять минут, а затем воротился с круглым картонным футляром в руках.

— Должен вас предупредить, что страницы всех наших рукописей пронумерованы, и, когда вы вернете документ, я все тщательно проверю.

Я с жаром поблагодарил его. Он метнул в меня мрачный взгляд: моя радость оскорбляла его достоинство дотошного канцеляриста.

Из круглого футляра Секта эгоистов 3 страница я извлек два десятка листков, исписанных убористым почерком, бледно-лило-выми чернилами, которые, по-видимому, изначально были фиолетовыми.

Наклейка на футляре сообщала, что речь идет о рукописной новелле какого-то Амедея Шампольона, преподавателя лицея Кольбера, переданная Муниципальному архиву в 1886 году. Я по-прежнему не понимал, какое отношение все это имело к моим розыскам.

Я уселся у окна и принялся читать.
МАТЕРИЯ, ИЗ КОТОРОЙ СОТКАНЫ СНЫ

Воздух был тяжел от дыма. Наши собрания по субботним вечерам в пансионе Вобургейля всегда проходили очень славно. Не существует на свете лучшего общества, нежели компания из восьми холостяков, пребывающих в расцвете жизненных сил; в Секта эгоистов 3 страница отсутствие женщин аппетит не таится, вино течет рекой, жилеты расстегиваются, а беседа, можно сказать, распоясывается. Инженер Годар, должно быть, уже в сотый раз попотчевал нас рассказом о том, как он был лишен невинности в возрасте четырнадцати лет собственною своей мачехой, и в сотый раз мы сделали вид, что не можем этому поверить, настолько повествование сие выглядело измышлением, и тогда в сотый раз Годар сделал к своей истории сотое добавление, столь же детальное, сколь и необычайное, и мы все в сотый раз согласились, что такое уж точно придумать невозможно, и принуждены были ему поверить. Ветеринар Дюбюс поведал нам о низостях Секта эгоистов 3 страница наших бретонских крестьян, а доктор Мален, которому посчастливилось иметь родственников в Париже, поделился с нами сведениями о многочисленных извращениях, присущих мерзопакостной и сладострастной столице…

Распалившись от совместного действия на организм пищеварения, струившегося в жилах вина и истинно галльского оборота, который принимала беседа, мы уже предвкушали приятное завершение нашего вечера, как и каждую субботу, в Пикардийском тупике, в доме 39, в объятьях веселых и нежных красоток, которым затем будет стоить немалых трудов нас разбудить. Короче говоря, превосходнейший вечерок.

В тот вечер милейший Ламбер, нотариус из Сен-Мало, представил нам своего юного письмоводителя. В ходе ужина кандидат показал себя достойным тех надежд Секта эгоистов 3 страница, которые на него возлагались, по достоинству ценя блюда, вина и беседу, радуясь нашим дружеским колкостям и печалясь нашим желудочным коликам, с явной завистью слушая рассказы о наших шалостях и при этом ни разу не выйдя из границ робкой и исполненной восхищения сдержанности, которую так ценят в молодежи люди зрелые. Однако в конце ужина, когда подавали кофе, я приметил, что наш юный друг помрачнел.

Когда же мы перешли к ликерам, он, воспользовавшись передышкой между нашими лихими речами, важно произнес, следя глазами за клубами сигарного дыма, плывущими из его губ:

— С вами очень славно, господа, но всякий раз, как я бываю счастлив Секта эгоистов 3 страница, я задаюсь вопросом, не сон ли все это. Как сказал поэт:
«Из настоящей ткани соткан мир
Или из той же, что и сны ночные?»

Полудремотное состояние, в котором обычно пребываешь после ужина, в сочетании с ощущением блаженного онемения членов придали необычайный вес его словам. Признаюсь, в этот миг я и сам не решился бы утверждать, что действительно бодрствую. Молодой человек дал молчанию сгуститься; внимание наше было привлечено, хотя мои отяжелевшие веки норовили сомкнуться вопреки моей воле. Инженер Годар голосом, прозвучавшим приглушенно и словно издалека, попросил юношу продолжать.

Письмоводитель помолчал, переводя взгляд на каждого из нас по очереди:

— Где доказательство, доктор Мален Секта эгоистов 3 страница, что вы находитесь именно здесь, а не у себя дома, в вашем кресле или в постели? Убеждены ли вы, господин инженер Годар, в том, что действительно пьете, курите и шутите с вашими друзьями, а не видите все это во сне? Конечно, вы можете прикоснуться к нам, ответите вы мне, и даже ущипнуть самого себя, однако же в театре наших ночей мы точно так же осязаем, обоняем и ощущаем вкус, как и днем, мы уверены, что мчимся в настоящих экипажах, скачем на настоящих лошадях, жуем настоящее мясо и целуем настоящих женщин; и все же утро убеждает нас, что то Секта эгоистов 3 страница были лишь пары нашего воображения. Но что если и самое наше пробуждение нам тоже только снится? И пробуждаемся ли мы вообще когда-нибудь?…

Он вдруг замолчал, словно пораженный какой-то новой мыслью, явно причинившей ему боль. Только сейчас я обратил внимание на то, что сей молодой человек с повадками провинциального щеголя был, в сущности, весьма хрупок и на бледном его челе явственно читалась болезненная нервозность. Горькая складка пролегла у его губ, и взгляд его темных, лихорадочно блестящих глаз, узких, как бойницы, казалось, был устремлен в пропасть.

Мы попросили его говорить еще, отчасти из вежливости, отчасти из жалости, главным Секта эгоистов 3 страница же образом потому, что он окончательно остудил наш веселый пыл. Я чувствовал, как во мне невольно зарождается интерес к этим странным рассуждениям. — Расскажите же нам вашу историю.

Он поднял глаза, и нам показалось, что он словно читает в глубинах самого себя.

— Я провел всю жизнь в бретонском замке, почерневшем и мрачном, возвышающемся на скале над морем и обращенном в бесконечность. Лангеннеры испокон веков рождались и умирали здесь. Угрюмая дикость этих мест неизменно обессиливала нашу волю и вливала в наши сердца ужасную отраву: мы проводили время в метафизических умствованиях, которые заканчивались только вместе с жизнью. Подобный темперамент не мог способствовать Секта эгоистов 3 страница появлению в нашем роду личностей выдающихся, и лишь одному из моих предков удалось, в минувшем столетии, возвысить свое беспокойство до степени гениальности…

Он налил себе коньяку, словно в надежде обрести силы и мужество для продолжения рассказа. Мы машинально последовали его примеру. Он откинулся на спинку кресла и, казалось, вновь устремил взор на невидимые нам страницы собственной души. Рассказ обещал быть долгим.

— Предок мой Гаспар прибыл из Нидерландов. Вся наша семья в начале семнадцатого столетия обратилась в протестантскую веру, однако, когда притеснения протестантов со стороны католиков стали невыносимы, предкам моим пришлось сделать окончательный выбор между двумя религиями; из предосторожности почти все Секта эгоистов 3 страница они предпочли для видимости возвратиться в лоно прежней своей, католической, церкви, за исключением именно Гаспаровых родителей, которые сделке с совестью предпочли изгнание и, насколько мне известно, до самого конца своих дней жили как истинные протестанты. Итак, они покинули родину и обосновались в Голландии. Они сменили свое имя «де Лангеннер» на «ван Лангенхаэрт», сколотили весьма приличное состояние и произвели на свет сына. С годами переписка между родственниками, которых отныне разделяло не только расстояние, но и религия, становилась все более и более редкой.

Каково же было удивление бретонцев, когда году этак в тысяча семьсот двадцатом, после почти пятнадцатилетнего отсутствия каких бы Секта эгоистов 3 страница то ни было вестей, они получили письмо от племянника, которого никогда в глаза не видели. В этом письме он уведомлял их о кончине родителей, о скором своем приезде, а главное — о намерении окончательно обосноваться на родине предков.

Новости об этом свалившемся с неба родственнике доставили бретонской родне огромную радость. Письмо возвещало прощение и примирение, а также, надо признаться, вселяло надежду на то, что блудный племянник привезет с собою золото, нажитое его родителями, в то время как наша семья уже начинала испытывать нужду, в которой пребывает и поныне.

И наступил день, когда блудный племянник явился. Вся семья встречала его на Секта эгоистов 3 страница ступенях перед замком.

Когда он вылез из фиакра, все были поражены его красотою. По единодушным свидетельствам родственников, то был один из самых красивых мужчин, когда-либо ступавших по земле. Судя по сохранившемуся портрету, он был высок, строен, черты лица его дышали мужественностью, тонко очерченный нос благородной линией спускался от высокого лба к тонкому рту. При виде его мужчины испытали чувство фамильной гордости, а женщины, напротив, едва не лишились чувств. Воссоединение семьи обещало быть исполненным тепла.

Однако никаких родственных излияний не последовало. Гость не обратил ни малейшего внимания на собравшихся и отверз уста лишь для того, чтобы попросить Секта эгоистов 3 страница первого, кто оказался перед ним, тотчас же проводить его в предназначенную ему комнату, где он попытается отдохнуть от тягот путешествия. Все засуетились, кинулись наперебой показывать ему комнату, стремясь доставить гостю удовольствие кто любезными словами, кто каким-нибудь семейным преданием, кто шуткою, однако все было тщетно: он ничего не слышал и никого не видел. Оказавшись в своей комнате, он, даже не оглядевшись, бросился на постель и немедленно уснул. Его оставили одного.

Радость испарилась, однако в этом еще не решались признаться даже самим себе. Все ждали ужина, и постепенно прекрасная половина обитателей замка вновь обрела надежду, и кто-то уже завязывал новую ленту, а Секта эгоистов 3 страница кто-то взбивал кудри, ибо все-таки кузен был необыкновенно хорош собою. Тремя часами позже его уже жалели, виня во всем дорогу, сломанную ось, жару, перемену климата, и все надежды, связанные с радостью встречи, объятиями и трогательными воспоминаниями, возлагались на ужин.

Стол был изобилен, и в меню значилось четыре перемены мясных блюд. Наконец Гаспар спустился в столовую. И все получилось еще хуже, чем днем. Он ни к кому не обратился с приветствием и на протяжении всей трапезы раскрывал рот лишь затем, чтобы отправить туда очередной кусок, что, впрочем, Делал весьма охотно и многократно, но без единого слова благодарности Секта эгоистов 3 страница. Расправившись с последним блюдом, он допил свой стакан и, прервав на полуслове речь Жан-Ива де Лангеннера, безуспешно пытавшегося уже в который раз завести разговор за столом, все так же безмолвно удалился.

Негодованию хозяев не было предела. Более прочих разгневаны были дамы, ибо кузен был так красив, что подобное равнодушие с его стороны выглядело особенно унизительным. Жан-Ив де Лангеннер был совершенно подавлен и теперь уже сомневался, что удастся получить какую-либо финансовую помощь от подобного субъекта. К концу вечера дело дошло до того, что члены семьи принялись ворошить самое отдаленное прошлое и находить у изгнанных встарь родичей черты характера Секта эгоистов 3 страница, которые могли бы объяснить гнусное поведение их отпрыска, причем держать у себя подобного гостя казалось все более бессмысленным. К полуночи было решено сказать ему за завтраком, чтобы убирался восвояси.

Однако же назавтра Гаспар был просто обворожителен. Для каждого из членов семьи у него нашлось приветственное слово, он любезничал с дамами, шутил с мужчинами и держался с такой непринужденной грацией, что все обиды были тотчас позабыты. Едва усевшись за стол, он объявил, что никогда еще не ел так вкусно, как накануне. Его сочли лунатиком. В продолжение всего завтрака он демонстрировал такие сокровища ума, такой утонченный юмор и веселье нрава Секта эгоистов 3 страница, что окончательно завоевал все сердца. Наконец, за десертом, он заговорил о годах, проведенных им в Париже и посвященных серьезным литературным занятиям. Он даже показал собравшимся книгу собственного сочинения, что привело всех в восхищение, и теперь его сочли философом, человеком, который живет иною жизнью, нежели все мы, и коего глубины его рассуждений делают порою слишком рассеянным. Все было прощено. Его попросили изложить свою теорию. Он объяснил, что то была новая метафизика, одновременно и новая, и верная, которая убедительно показывала, в двадцати четырех постулатах, что мир сам по себе не обладал никакой реальностью, а являлся лишь плодом его, Гаспара, воображения и желаний Секта эгоистов 3 страница.

Ему аплодировали, громогласно объявили его поэтом, но втихомолку признали сумасшедшим. Впрочем, его безумие было скрашено несомненным талантом и казалось вполне безобидным. Он был всецело принят в семью и признан ее полноправным членом, когда Жан-Ив де Лангеннер выудил у него первую сумму денег, чтобы начать наконец починку кровли. Его стали просто обожать, не задавая более никаких вопросов. Очень скоро стало понятно, что довольно было создать у него впечатление, будто речь идет об исполнении его собственных желаний, чтобы получить от него все, что угодно. Жан-Ив де Лангеннер достиг необычайных высот в искусстве вертеть им по своему усмотрению и Секта эгоистов 3 страница, когда полученные от Гаспара деньги восстановили прочное благополучие семьи, вновь предался страсти своей молодости — игре. Отныне осознаваемая каждым выгода определяла отношения между всеми домочадцами, и жизнь в доме сделалась чрезвычайно приятною.

Единственным, кто проникся искренней привязанностью к Гаспару и оценил его необыкновенную начитанность, ибо рассказы его были исполнены мудрости и любопытнейших сведений, если только не брать во внимание его непоколебимой убежденности, что он сам и есть автор всех прочитанных им книг, — был мой дед, в ту пору совсем еще юный, от которого мне и известны все подробности этой истории. Благодаря Гаспару дед мой открыл для себя «Одиссею», Библию Секта эгоистов 3 страница, «Дон Кихота» и Декарта, а также нанес на свое образование лакировку английской философии, что было крайней редкостью в провинции. Зачем сей странный философ, считавший себя единственным существом во вселенной, терял время на обучение пятнадцатилетнего мальчика? Он утверждал, что таким образом имеет возможность пересмотреть и подытожить собственные знания.

Однако он не ограничился тем, что посвятил моего юного дедушку в высокие услады духовности, — он также открыл перед ним врата к усладам плоти. В борделях оч был своим человеком. Любовь для него, отнюдь не будучи слиянием душ, сводилась лишь к утолению чувственности, и притом утолению необоюдному, ибо наслаждение подруги не занимало его вовсе, а Секта эгоистов 3 страница потому предпочитал он услуги профессионалок. Так эгоистическая философия завлекла его в вертепы разврата.

Он жил здесь уже целый год, и жизнь его казалась обреченной на череду одних и тех же развлечений, когда в городе появился цыганский табор. Цыгане приезжали в Сен-Мало через каждые два года, на срок, надобный для того, чтобы потешить горожан музыкой, плясками, предсказанием судьбы, а заодно и прибрать к рукам то, что плохо лежало.

Как— то раз Гаспар, покинув объятия красивой белокурой потаскухи и выйдя на Архиепископскую площадь, очутился прямо перед цыганскими подмостками. Там жонглировали, ходили колесом, выводили хриплыми голосами чужие, непонятные протяжные мелодии, и Секта эгоистов 3 страница смуглые девчонки в пестрых юбках и с темными кругами под глазами приставали к прохожим, предлагая погадать. Следуя собственной странной логике, Гаспар возблагодарил самого себя за этакий сюрприз и сделал несколько изящных комплиментов собственной изобретательности. Затем он рассеянно приблизился к кучке горожан, которые явно были увлечены каким-то интересным зрелищем.

Высокая и гибкая цыганка кружилась перед группою изумленных мужчин. Кожа ее была из золы, а взгляд — из огня, она была прекрасна так, что сам дьявол пришел бы в отчаянье. Танец ее напоминал костер на ветру под открытым небом. На земле маленькая серая собачонка, странная ее спутница, исполняла Секта эгоистов 3 страница акробатические фигуры, подпрыгивая и катаясь под ногами плясуньи, но никто не обращал внимания на старания бедного животного, все глаза были прикованы к женщине, к ее смуглым, нервным, породистым ногам, высоким икрам. Резким движением, словно повинуясь внутреннему порыву, она обеими руками подхватила свои многослойные юбки, взметая их и кружа, как будто боролась с могучей и темной силою, сжигавшей ее тело; она била оземь своими босыми подошвами, вытягиваясь после каждого удара, как если бы стремилась втоптать обитавшую в ней боль в землю. Затем она воздела руки ввысь, и к танцу ног прибавились движения плеч, щелкали кастаньеты, она поводила головою то в одну сторону Секта эгоистов 3 страница, то в другую, буйные кудри падали ей на лицо; не замечая никого и ничего, полностью пребывая в трансе, она взывала к небу. При виде смоляных вьющихся волос, блестевших от пота у нее под мышками, женщины краснели от стыда, мужчины — от желания; одержимость ее пляски заставляла думать о другой одержимости, ибо так она обнажала свое тело, эту потную плоть с укромными завитками волос, влажную и пламенную, созданную для любви. Танец увлекал ее все сильнее, она кружилась, кружилась, кружилась, уже ее собачонка, жадно глотая воздух, обессилев и не двигаясь, глядела на свою хозяйку, в горле у зрителей пересохло, а цыганка Секта эгоистов 3 страница все не останавливалась. Внезапно она изогнулась так, что голова ее оказалась между коленями, а волосы коснулись земли, и замерла на мгновение в этой позе; зрители не знали, чего ожидать теперь, но она медленно выпрямилась и с достоинством поклонилась. То была уже другая женщина, спокойная, надменная, без малейшего следа усилий, усталости и необходимости перевести дух. Лишь несколько несмелых хлопков нарушили наступившее молчание.


documentaxytiwf.html
documentaxytqgn.html
documentaxytxqv.html
documentaxyufbd.html
documentaxyumll.html
Документ Секта эгоистов 3 страница